НАУКА И ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ
ИНЕРЦИОННОСТЬ ВОСПРИЯТИЯ

Небольшое вступление от себя
Разумеется, я не хочу сказать, что современная официальная медицина и наука – это некое абсолютное зло, это было бы слишком однобоким и примитивным утверждением. Безусловно, в каких-то случаях, она спасает людям жизнь в лице талантливых хирургов и других врачей, особенно когда речь идёт об экстремальных ситуациях, требующих мгновенного вмешательства, а также механических травмах.

Я веду речь больше не об отдельных личностях, которые могут быть преданы своему делу и глубоко верить в него, а о системе и текущем официальном подходе в целом, где отдельные врачи, какими бы выдающимися личностями они ни были, лишь винтики в большой машине, не очень-то заинтересованной в реальном целостном излечении пациентов. Если врачей и можно в чём-то упрекнуть, так это в нежелании мыслить гибче и шире и выходить за рамки, в которые их долго и упорно запаковывали, хотя, к счастью, мне попадались медики с очень гибким и широким подходом и восприятием процессов в человеческом теле, и безусловно, такие люди есть.

Итак, речь больше о системе как таковой, которая представляет собой, несмотря на свои неоднозначные, в сущности, достижения, сомнительный феномен довольно узкого подхода вкупе с бизнес связями с фармакологической и научной отраслями. Медицина, как правило, не рассматривает человека как целостную систему, она будто изымает отдельный орган или систему из контекста и пытается его “лечить”, и такое лечение, как это многим известно не понаслышке, через какое-то время приводит зачастую к ещё бОльшим перекосам и поломкам в теле, не говоря уже о том, что при любом удобном случае больные органы просто-напорсто норовят удалить. Подумай сам(а) – как может такой подход быть рабочим, целостным и по-настоящему целительным? Кстати, обрати внимание на общий корень в словах “целостный” и “целительный” 🙂

Среди моих друзей, знакомых и родственников много тех, кто жив и относительно здоров не благодаря, а вопреки медицине, кто вылечился сам с помощью так называемых “альтернативных” средств и методик (информацию о которых я в том числе и разместил на этом сайте) вопреки врачебным прогнозам, иногда смертельным.

Не менее важным также является тот факт, что многих заболеваний, обращений к врачам. операций и прочих малоприятных последствий можно избежать, если изменить своё питание и общий подход к тому, что обычно подразумевается под здоровьем тела. Причём несколько более радикально, чем принято думать в широких массах.

Включай голову и будь по-настоящему здоров(а).

ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ КОЛИНА КЭМБЕЛЛА

“Когда люди слышат научное обоснование причин, по которым необходимо радикально изменить питание и перейти на растительную пищу, то не могут поверить своим ушам. Они удивляются: «Если все, что вы говорите, правда, то почему мы не слышали об этом раньше? Почему нам обычно сообщают прямо противоположное тому, что вы говорите: что молоко полезно для нас, что нам нужно мясо, чтобы получать белок, и что онкологические и сердечно-сосудистые заболевания обусловлены генетическими факторами?» Это разумные вопросы, и ответить на них очень важно. Но прежде, полагаю, вам нужно узнать, как информация создается и достигает общественного сознания.

Многое регулируется так называемым золотым правилом: у кого золото, тот и диктует правила. Существуют мощные, влиятельные и чрезвычайно прибыльные отрасли промышленности, которые понесут большие убытки, если люди начнут переходить на растительную диету. Их финансовое благосостояние зависит от контроля доступной обществу информации о питании и здоровье. Эти отрасли делают все, что в их власти, чтобы защитить свою прибыль и своих акционеров.

Вы можете предположить, что представители пищевой промышленности тайно платят ученым за подтасовку данных, подкупают правительственных чиновников и совершают другие незаконные действия. Многим нравятся подобные сенсационные истории. Однако влиятельные круги не всегда сохраняют статус-кво незаконными методами. Насколько мне известно, они не платят ученым, чтобы те подтасовывали данные, не дают взяток чиновникам и не плетут грязных закулисных интриг. Дело обстоит гораздо хуже.

Система (государство, наука, медицина, промышленность и СМИ) предпочитает прибыль здоровью, технологии – пище и сомнения – ясности. БОльшая часть сомнений (хотя и не все) по вопросам питания формируется совершенно законным и прозрачным образом и распространяется ничего не подозревающими, движимыми благими намерениями людьми, будь то ученые, политики или журналисты. Самая опасная сторона системы отнюдь не сенсационная, и вряд ли, если она станет явной, это вызовет шумиху. Самая большая угроза – это безмолвная враждебная сила, которую немногие замечают и понимают.

Опыт моей научной деятельности иллюстрирует то, как вся система генерирует противоречивую информацию и как идеи, изложенные в этой книге, не доходят до широкой аудитории. В последующих главах я разделил совокупность проблем на связанные с наукой, государством, промышленностью и медициной. Однако есть случаи, когда почти невозможно отделить науку от промышленности, государство от науки или государство от промышленности”.

Марсия Энджелл, бывший редактор журнала New England Journal of Medicine, написала едкую статью под названием «Академическая медицина выставлена на продажу?». Вот что в ней говорится:

«Связи между исследователями-клиницистами и промышленностью не ограничиваются лишь поддержкой в виде предоставления грантов, они проявляются во многих других финансовых аспектах. Ученые оказывают консультационные услуги компаниям, чью продукцию они исследуют, становятся членами консультативных советов и комитетов, выступающих с публичными заявлениями, участвуют в соглашениях о патентах и роялти, дают согласие на использование своих имен в списке авторов статей, которые за них пишут заинтересованные компании, продвигают употребление медикаментов и медицинских технических устройств на спонсируемых компаниями симпозиумах и позволяют заваливать себя дорогостоящими подарками и оплачивать роскошный отдых. Многие также владеют долей в этих компаниях».

Далее Энджелл замечает, что финансовые связи часто «служат причиной необъективности как при проведении исследований, так и при обнародовании их результатов».
По сравнению с предоставлением недостоверных результатов исследований еще опаснее то, что признаются имеющими право на существование и получают финансирование только исследования медикаментов. Изучение причин возникновения заболеваний и лечения без использования медикаментов даже не упоминается в медицинском образовании. Например, ученые могут отчаянно пытаться найти средство для лечения симптомов ожирения, но не желают тратить время и деньги на обучение людей тому, как вести более здоровый образ жизни. Энджелл пишет:

«Что касается образования, студенты-медики и семейные врачи, находясь под постоянным влиянием представителей промышленности, привыкают полагаться на медикаменты и технические устройства в большей степени, чем следовало бы (здесь и далее в цитате курсив мой. – К. К.). Как очень часто обращают внимание критики медицины, молодые терапевты привыкают к мысли, что от каждой проблемы есть таблетка (и представитель фармацевтической компании, который о ней расскажет). Они также привыкают получать подарки и услуги от промышленников, которые используют эти знаки внимания, чтобы повлиять на дальнейшее образование начинающих врачей. Академические медицинские центры, становясь форпостами исследований в интересах фармацевтической промышленности, только способствуют тому, что медикаментам и техническим устройствам придается чрезмерное значение».

Возможно ли, чтобы в такой обстановке непредвзято и честно уделялось внимание питанию? И хотя болезни, наши главные «убийцы», можно предотвратить и даже излечить при помощи правильного питания, услышите ли вы когда-нибудь об этом от своего врача? Нет, пока в наших медицинских вузах и больницах ничего не изменится. Нет, пока ваш врач не поймет, что стандартные методы лечения неэффективны, и не решит потратить время на самообразование по вопросам правильного питания. А на это редко кто идет.

Ситуация настолько плачевна, что Джон Макдугалл признался: «Я уже не понимаю, чему можно верить. Когда я читаю газету, где сказано, что врач должен давать своим пациентам бета-блокаторы и ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента, которые представляют собой две разновидности лекарственных препаратов для больных сердечно-сосудистыми заболеваниями, то не знаю, правда ли это. Я действительно не уверен, правда ли это, потому что [исследования лекарств] настолько необъективны».

Как вы думаете, связаны ли между собой приведенные ниже газетные заголовки?
«Медицинские вузы сообщают о конфликте интересов в сфере исследований» (между фармацевтическими компаниями и учеными)
«По данным исследования, стремительно увеличивается применение прописанных детям лекарств»
«Исследование показало: многие рекомендации разрабатываются врачами, связанными с компаниями»
«Применение лекарств, предписанных врачами, обходится дорогой ценой: миллионы людей стали жертвами токсических реакций»

Предвзятая медицинская практика дорого нам обходится. В недавнем исследовании было обнаружено, что каждое пятое новое лекарство впоследствии получит так называемое предостережение в черной рамке. Это означает, что проявляются ранее неизвестные неблагоприятные эффекты от лекарства, которые могут привести к смерти или серьезным проблемам со здоровьем, или же что оно будет отозвано с рынка в течение 25 лет после начала продаж. 25 % всех новых медикаментов оказывает серьезное неизвестное побочное действие.

Как Эссельстина, так и Макдугалла, после того как они добились сенсационных успехов в лечении людей при помощи правильного питания, больше не пускают во влиятельные медицинские круги. Вы можете посмотреть на эту ситуацию с финансовой точки зрения: по словам Колдуэлла и Джона, 80 % доходов больницы Св. Елены и 65 % доходов Кливлендской клиники поступает от лечения сердечно-сосудистых заболеваний традиционными методами, путем хирургического вмешательства. Но дело не только в деньгах. Возможно, причина в психологии: то, что здоровье пациента будет контролировать он сам, а не его врач, воспринимается как угроза; или причина в том, что такая простая вещь, как еда, может быть эффективнее всех таблеток и высокотехнологичных процедур; возможно, дело в отсутствии адекватного образования в области питания; а может быть, во влиянии фармацевтической промышленности. Как бы там ни было, очевидно, что медицина не защищает должным образом здоровье граждан США. Макдугалл растерянно разводит руками и пожимает плечами: «Это не поддается пониманию».

Маленький отрывок из книги Колина Кэмбелла о раке
Диагнозы «рак молочной железы», «рак простаты» или «рак толстого кишечника» разрушают жизнь не только своих жертв, но также их друзей и членов семьи. Когда моя теща умерла от рака толстого кишечника в 51 год, никто из нас не владел таким объемом информации о питании и его значении для здоровья. И это не потому, что нас не волновало здоровье близких людей – разумеется, это было не так. У нас просто не было нужной информации. Однако по прошествии 30 лет мало что изменилось. Сколько знакомых вам людей, страдающих раком или подверженных риску этой болезни, задумывались о возможности перейти на питание цельными растительными продуктами, чтобы повысить свои шансы? Я предполагаю, что очень немногие. Возможно, они также не владеют нужной информацией.

Наши институты и источники информации нас подводят. Более того, специальные организации по борьбе с онкологическими заболеваниями, как национального, так и местного уровня, также неохотно обсуждают эти доказательства или даже верят в них. Отношение к еде как к ключевому фактору здоровья – это вызов традиционной медицине, почти полностью основанной на лекарствах и хирургических методах (см. часть IV). В целом влиятельные сообщества профессионалов в области питания, ученых и врачей либо не знают об этих доказательствах, либо не желают их обнародовать.

На сегодня существует достаточно аргументов в пользу того, чтобы врачи обсуждали возможность изменений в питании как способа профилактики и лечения онкологических заболеваний. Многое подталкивает к тому, чтобы местные организации по борьбе с раком молочной железы, а также толстого кишечника и простаты обсудили возможность, как донести до широких масс информацию о том, что питание цельными растительными продуктами может быть невероятно эффективным средством против рака.

Если бы обсуждение состоялось, то, возможно, в следующем году рак молочной железы, простаты или толстого кишечника был бы диагностирован менее чем у 500 000 человек. Через год еще меньше ваших друзей, коллег или родственников услышали бы этот один из самых страшных диагнозов. А через два года это количество намного сократилось бы. Весьма вероятно, что такое будущее станет реальностью, и, поскольку это вселяет большие надежды на сохранение здоровья людей во всем мире, за такую перспективу стоит бороться.

Более полный отрывок можно прочитать здесь:

Кто-то скажет: “Но есть же в конце концов и другие научные исследования, которые говорят обратное! О пользе и даже необходимости животного белка!”
На эту тему я имею сказать 3 вещи.

1
Во-первых, если ты прочитал вышеизложенный отрывок, особенно если целиком, то ты понимаешь, что наука и медицина уже слишком тесно переплелись с фармакологическим и онкологическим бизнесами, а также пищевой промышленностю. Фармакология и лечение онкологии приносит такие суммы, которые сложно уложить в голове. Это, возможно, один из самых прибыльных бизнесов на текущий момент, уступающий разве что нефтедобывающей промышленности.

Это не значит, что все врачи и учёные поголовно продажны и что существует некий тайный конспирологический сговор. Всё несколько прозаичнее. Кто-то продажнен, кто-то надалёк, кто-то амбиционзен, кто-то затсрял и закостенел в своих рамках, ограниченных научными степениями. Кто-то просто боится вставать против течения научного сообщества, которое может снести его, не оставив и следа, как это стало с некоторыми учёными, в том числе описываемыми в книге Кэмпбелла. Даже сам Кэмпбелл подвергался таким нападкам, игнорированию, замалчиванию и даже угрозам со стороны представителей официальной парадигмы. Но он слишком авторитетная и крупная фигура, чтобы его можно было совсем игнорировать или тем более исказить или замолчать. Кто-то просто боится высказывать “еретическую точку зрения” – так было во все времена, и в официальной истории можно найти множество примеров, начиная с Джордано Бруно.

Таким образом, получается некая общая инертная масса, не способная к гибкому реагированию на новую информацию, которая ставит под сомнению официальную точку зрения и все заслуги, базирующиеся на ней. Научная среда – это не некая святая среда небожителей, это такие же люди, которые обладают не только высоким интеллектом, но и амбициями, негативными качествами, иногда слепотой и узкомыслием. И последнее может особенно усиливаться под воздействием всех заслуг и статусов, которые обеспечивают их положение в обществе и самооценку. Даже обычному человеку бывает сложно признаться самому себе, что многие годы он заблуждался, верил в ложные постулаты, что порой могло приводить к серьёзным ошибкам, связанным как со своим здоровьем, так и со здоровьем других людей. Что уж говорить о публичных фигурах, зависящих от мнения общества и своих коллег. Это пока в некотором роде порочный круг.

Также в своей книге Колин Кэмпбелл приводит примеры некорректно проведённых и трактованных исследований, в частности исследования под названием “Исследование здоровья медсестёр”. О нём можно прочитать по ссылке выше (на более подробный отрывок о науке).

2
Во-вторых, исследование Колина Кэмбелла имеет ряд преимуществ перед остальными исследованиями на эту тему. Это поистине уникальное историческое явление, и его опыт ещё никто не повторил. Поэтому есть смысл прислушаться к его словам. Также можно прочитать несколько примеров о том, как некоторые исследования ненамеренно некорреткно трактовались, в силу невозможности посмотреть шире и увидеть более сложную причинно-следственную связь:
3
В-третьих, наука обладает очень большой инертностью, когда речь заходит о тотальном перепросмотре какого-либо факта, ранее считавшегося неопровержимой догмой. Например, десятилетиями не признавали свои заблуждения насчет холестерина. С 60-х годов прошлого века считали его злом, перекрывающим артерии, и лишь в 2015-м перестали. Что уж говорить о такой масштабной теме, как питание, тем более когда она затрагивает интересны гигантских пищевы и фармакологических корпораций.
Кто ответственен за здоровье и лечение болезней? Насколько доверять врачам? Кому и чему верить?
Выдержка из книги Колина Кэмбелла об обучении, информированности и квалификации врачей в области питания:

Статус-кво в медицине во многом сохраняется благодаря медикаментозным и хирургическим методам лечения, при этом мало внимания уделяется питанию и образу жизни. Врачи почти ничего не знают о питании и его взаимосвязи со здоровьем. В 1985 г. Национальный научно-исследовательский совет США финансировал подготовку доклада экспертным советом, который изучал количество и качество образования в сфере питания в американских медицинских вузах. Заключение экспертного совета было вполне ясным: «Совет пришел к выводу, что учебные программы в области питания в медицинских вузах США по большей части не соответствуют текущим и будущим потребностям медицинской профессии». В таком выводе не было ничего нового. Как отметили эксперты, в 1961 г. «Совет по пищевым продуктам и питанию Американской медицинской ассоциации сообщал, что в медицинских вузах США вопросы питания “не получают достаточного внимания, признания и поддержки”». Иными словами, более 40 лет назад врачи сами говорили, что их обучение в области питания было недостаточным. К 1985 г. ничего не изменилось, и вплоть до настоящего времени продолжают публиковаться статьи о недостатке обучения вопросам питания в медицинских вузах.

Эта ситуация опасна. Обучения врачей вопросам питания не просто недостаточно – его почти нет. В 1985 г. Национальный научно-исследовательский совет США обнаружил, что в программу терапевтов входит в среднем лишь 21 академический час (около двух кредит-часов1), посвященный проблемам питания, на все четыре года медицинского образования. В большинстве же вузов, участвовавших в опросе, вопросам питания отводилось менее 21 часа занятий, то есть от одного до двух кредит-часов. Для сравнения: студент в Корнелльском университете, специализирующийся на питании, получает от 25 до 40 кредит-часов обучения, или около 250–500 академических часов; у дипломированных диетологов более 500 часов занятий.

Дальше – хуже. БОльшая часть этих занятий проводится на первом курсе медицинских вузов и входит в прочие базовые научные курсы. Например, в базовом курсе биохимии могут рассматриваться метаболизм питательных веществ и (или) биохимические реакции с участием определенных витаминов и минералов. Иными словами, вопросы питания часто преподаются без связи с проблемами здоровья, такими как ожирение, рак, сахарный диабет и т. д. В связи с опубликованным в 1985 г. правительственным докладом президент Американской ассоциации студентов-медиков Уильям Касслер пишет:

«В основном вопросы питания в официальной учебной программе – часть других курсов. Как обычно утверждается, преподавание соответствующих тем происходит в рамках курсов биохимии, физиологии и фармакологии. Слишком часто в этих курсах вопросы питания затрагиваются лишь бегло, при этом акцент делается на главной дисциплине курса. Можно прослушать такой курс и даже не понять, что в нем были затронуты вопросы питания (курсив мой. – К. К.). Когда вопросы питания преподаются теми, чьи интересы, знания и опыт лежат в другой сфере, это просто неэффективно».

Но все на самом деле еще хуже! Когда обучение вопросам питания происходит в связи с проблемами общественного здоровья, догадайтесь, кто обеспечивает учебные материалы для этих целей? Институт Dannon, Совет по питанию яйцами, Национальная ассоциация животноводов, Национальный совет по молочному животноводству, Nestle Clinical Nutrition, Wyeth-Ayerst Laboratories, Bristol-Myers Squibb Company, Baxter Healthcare Corporation и другие организации объединили усилия, чтобы создать программы «Питание в медицине» и «Инициатива по формированию медицинской учебной программы по питанию».

Как вы думаете, будет ли эта «звездная» команда производителей животных продуктов и фармацевтических препаратов выносить объективные суждения и предлагать схемы оптимального питания в условиях, когда научные данные свидетельствуют о том, что наиболее полезная для здоровья – диета, основанная на цельных растительных продуктах, которая минимизирует потребность в лекарствах? Или, может быть, она попытается защитить привычное для стран Запада питание, где центральное место в рационе занимает мясо и каждый рассчитывает купить в аптеке таблетку от любой болезни?

Эта организация разрабатывает учебные программы по вопросам питания, включая учебные компакт-диски, а затем бесплатно распространяет их в медицинских вузах. В конце 2003 г. эти учебные программы использовали 112 медицинских вузов. Согласно информации, размещенной на сайте организации, «планируется разработать версии программ для студентов, изучающих вопросы питания, продолжающих медицинское образование и других аудиторий, состоящих из профессионалов-медиков».

От себя
Как видишь из вышеизложенной цитаты, и в целом основываясь на выше и нижеследующей информации в этом разделе, врачам не стоит слепо вверять своё здоровье и здоровье детей. Я не говорю, что не нужно обращаться к ним вообще, хотя это было бы идеально. Нужно думать. Анализировать, сравнивать. Слушать себя. Изучать другую информацию более продвинутых исследователей, как тот же Колин Кэмбелл и других подобных ему исследователей, начавших независимую от общей системы деятельность вопреки её сопротивлению и инерции.

Я бы сказал, что к врачам можно обращаться за диагнозом (и то он далеко не всегда бывает верным), а также при критических случаях, требущих немедленного хирургического вмешательства, и травмах. В остальных случаях главный врач – это твоё питание, максимально натуральное, природно полноценное, но при этом не засоряющее ЖКТ и весь организм и не подавляющее симбиотную микрофлору, которая помимо синтеза веществ в здоровом теле выполняет ещё массу полезных функций. Жизненно важных, я бы сказал. А также очищение тела от накопленных токсинов, тяжёлых металлов, трупных ядов и патогенной микробиологии. Твоё тело очень умное, просто ему не хватает ресурсов в нашей современной агрессивной среде.

Проблема ещё вот в чём. Поколениями нас приучали перекладывать ответственность за своё здоровье на медицину. И мы превратились в довольно беспомощных существ, целиком зависящих о воли и слов лечащего врача и не позволяющих себе иметь собственное мнение. Врач знает лучше, да? Он же учился много лет. Но каково качество обучения именно в контексте связи с питанием? Как видно из вышеизложенной цитаты из книги “Китайское исследование”, в области реальной связи питания и здоровья обучение врачей, мягко говоря, оставляет желать лучшего.

Да, это может быть страшно – поступать вопреки устоявшимся “нормам”, особенно когда речь идёт о собственном ребёнке. Людей, так поступающих, кто-то называет безответственными. Но на самом деле безответственным является слепое вверение здоровья ребёнка или своего другому человеку, пусть и с медицинским образованием. Ответственен тот, кто изучил вопрос питания глубоко, беспристрастно, гибко. Кто включил здравый смысл вопреки порой заглушающим его голосам, в том числе фармакологического, пищевого и онкологического бизнеса.

Я не предлагаю тебе становиться асоциальным существом, восставшим против системы. Я предлагаю просто быть чуточку хитрее. Не нужно вступать в споры с врачами – от этого не будет толку. Не нужно вступать в прямые схватки с системой. Просто имей свою голову на плечах и принимай свои решения, основываясь на глубоком анализе информации и здравом смысле. Тем более что всегда можно найти компромиссные решения и какие-то вещи делать и пробовать постепенно и аккуратно, если ты в чём-то не уверен. А слова врача стоит воспринимать больше как просто один из источников информации среди многих других, не отдавая им зачастую неуместный приоритет, осознавая, что они частично или даже во многом могут основываться на общесистемных заблуждениях, за которые наука пока держится.

Интересная историческая информация о забастовках врачей
Когда в 1976 году в столице Колумбии, Боготе, все врачи, за исключением врачей скорой помощи, исчезли со своих рабочих мест на 52 дня, уровень смертности упал на 35 процентов. Представитель Национальной ассоциации похоронных бюро заявил: «Это может быть совпадением, но это факт». То же самое произошло в Израиле в 1973 году, когда врачи ограничили общение с пациентами до 7 000 приемов против прежних 65 000. Забастовка продолжалась в течение месяца. Пока в Израиле в течение месяца бастовали врачи, количество госпитализированных больных сократилось на 85%. По сведениям Иерусалимского похоронного общества, уровень смертности в Израиле упал на 50 процентов. Такого кардинального падения уровня смертности не случалось со времен предыдущей забастовки врачей, которая состоялась за двадцать лет до этого.

В округе Лос-Анджелес произошло падение уровня смертности на 18 процентов, когда в 1976 году врачи вышли на забастовку против повышения стоимости страховки на случай врачебной ошибки. Было проведено на 60% меньше операций и, вот парадокс, в большинстве случаев необходимость в операциях отпала «сама собой»! Увы, во всех зарегистрированных случаях по окончанию забастовки смертность моментально поднимается до своего обычного уровня.

Оздоровительный эффект забастовок врачей, при всём уважении ко многим из них как к отдельным личностям, наталкивает на еретическую мысль, что наша собственная продолжительность жизни и собственное здоровье находится только в наших собственных руках.

Повторюсь, что я не хочу сказать, что современная официальная медицина – это некое абсолютное зло, это было бы слишком однобоким и примитивным утверждением. Безусловно, в каких-то случаях, она спасает людям жизнь в лице талантливых хирургов и других врачей, особенно когда речь идёт об экстремальных ситуациях, требующих мгновенного вмешательства, а также механических травмах.

Я веду речь больше не об отдельных личностях, которые могут быть преданы своему делу и глубоко верить в него, а о системе и текущем официальном подходе в целом, где отдельные врачи, какими бы выдающимися личностями они ни были, лишь винтики в большой машине, не очень-то заинтересованной в реальном целостном излечении пациентов. Если врачей и можно в чём-то упрекнуть, так это в нежелании мыслить гибче и шире и выходить за рамки, в которые их долго и упорно запаковывали, хотя, к счастью, мне попадались медики с очень гибким и широким подходом и восприятием процессов в человеческом теле, и безусловно, такие люди есть.

Итак, речь больше о системе как таковой, которая представляет собой, несмотря на свои неоднозначные, в сущности, достижения, сомнительный феномен довольно узкого подхода вкупе с бизнес связями с фармакологической и научной отраслями. Медицина, как правило, не рассматривает человека как целостную систему, она будто изымает отдельный орган или систему из контекста и пытается его “лечить”, и такое лечение, как это многим известно не понаслышке, через какое-то время приводит зачастую к ещё бОльшим перекосам и поломкам в теле, не говоря уже о том, что при любом удобном случае больные органы просто-напорсто норовят удалить. Подумай сам(а) – как может такой подход быть рабочим, целостным и по-настоящему целительным? Кстати, обрати внимание на общий корень в словах “целостный” и “целительный” 🙂

Среди моих друзей, знакомых и родственн.иков много тех, кто жив и относительно здоров не благодаря, а вопреки медицине, кто вылечился сам с помощью так называемых “альтернативных” средств и методик (информацию о которых я в том числе и разместил на этом сайте) вопреки врачебным прогнозам, иногда смертельным.

Не менее важным также является тот факт, что многих заболеваний, обращений к врачам. операций и прочих малоприятных последствий можно избежать, если изменить своё питание и общий подход к тому, что обычно подразумевается под здоровьем тела. Причём несколько более радикально, чем принято думать в широких массах.

Включай голову и будь по-настоящему здоров(а).

Спортсменам и просто мужчинам, которые сейчас задаются вопросом “а как же мышцы?” посвящён отдельный раздел: http://www.zdravotelo.org/sport
Но рекомендую набраться терпения и сначала дочитать этот раздел до конца, чтобы составить более целостную картину представленной здесь информации. С мыщцами всё будет хорошо 🙂

Родителям, которые спрашивают – а как же растущий организм детей, включая внутриутробный период в теле беременной матери? – посвящён отдельный раздел: http://www.zdravotelo.org/deti-pitanie
Но также рекомендую набраться терпения и сначала дочитать этот раздел до конца, чтобы составить более целостную картину представленной здесь информации. Следующая страница как раз посвящена белкам.

Но прежде предлагаю посмотреть короткое 3-минутное видео известного советского психологического эксперимента под названием “Обе белые”, который наглядно демонстриует то, как формируется общественное мнение: https://m.youtube.com/watch?v=ZDymnf9t0Cc

Краткое описание эксперимента
Тест с чёрной и белой пирамидами был одним из социально-психологических экспериментов научно-популярного фильма “Я и другие”, снятого 1971 года на киностудии «Киевнаучфильм» режиссёром Феликсом Соболевым.

Эксперименты показывали, как люди сами додумывают то, что не могут запомнить, и как они способны поддаваться мнению окружающих, даже доходя до абсолютно очевидного абсурда. Эксперименты разработаны и проведены Валерией Мухиной, кандидатом психологических наук.

Самый знаменитый эксперимент назывался «Обе белые». На столе стоят две пирамидки: одна чёрная и другая белая. Человек, который проводит эксперимент просит троих детей утверждать, что обе пирамидки белого цвета. Четвертый ребенок присоединяется к остальным. И все трое и сам экспериментатор утверждают, что обе пирамидки белые. Большинство испытуемых детей, то есть тех, кто зашли четвертыми, соглашаются и повторяют, что обе пирамидки белые. Однако, когда ребенка просят взять чёрную пирамидку — он берёт чёрную, несмотря на то, что мгновение назад сам назвал обе пирамидки белыми.

Аналогичный эксперимент был проведен со взрослыми. Несмотря на явную абсурдность и на далеко не детский возраст, на образование и интеллект, испытуемые в большинстве своем называют чёрную пирамидку белой.

Похожий эксперимент 'Сладкая солёная каша'
Каша в тарелке на три четверти посыпана сахаром, а один участок сильно пересолен. Детям по очереди дают попробовать кашу с одной и той же тарелки и спрашивают какая она на вкус. Первым трём достаётся сладкие части, и они искренне говорят, что каша сладкая. Четвёртому ребёнку, являющемуся испытуемым, достаётся пересоленный кусок. Несмотря на это, большинство из испытуемых заявляют, что каша всё равно сладкая. Но, в то же время, многие из них отказываются от ещё одной ложки такой «сладкой» каши.

Следующая страница – Белки
Предыдущая страница – Колин Кэмбелл. Самое масштабное исследования связи здоровья и питания